iov75 (iov75) wrote in future_religion,
iov75
iov75
future_religion

Земное христианство

Единство государственной машины древнего мира было разрушено родившимся христианством. Хорошо ли это или плохо - сейчас не факт. Дело в другом. Стройное здание "pax romana" - увенчанное единым повелителем и одновременно верховным жрецом (наприм. "культ императоров" древнего Рима), было в сакрально-мистическом смысле поставлено под серьёзное сомнение. Ни страшные гонения и преследования, ни попытки компромисса ничего не дали. Обагренная кровью мучеников древняя церковь христиан оставалась непреклонной.

Одна из первых и наиболее значимых теорий, выстраивающих систему отношений между Церковью и государством, была изложена в сочинении Аврелия Августина (354–430) "О граде (государстве) Божьем" ("De civitate Dei libri XXII"). По его мнению, земное государство - профанная и крайне несовершенная организация, имеющая своей целью исключительно земное предназначение,а следовательно, временное. "И так как нет такого блага, которое не создавало бы затруднений тем, кто привязан к нему, то и этот град очень часто разделяется сам в себе, вступая в споры, войны и сражения и добиваясь побед, несущих пред собою смерть или, по крайней мере, смертных". История земного государства начинается с убийства Каином Авеля. И это не единственное братоубийство при основании государств: Римское государство связано с убийством Ромулом Рема. Т.е. само возникновение земного государства говорит об его аморальности и неправедности. Вся история civitas terrene так или иначе связана с преступлениями, при этом сам человек в силу предопределения не в силах избавиться от греха. Совершенное общество, civitas Dei, наступит только после Страшного суда во времена второго пришествия. До этого времени олицетворением божественного града является Церковь. Итак, приоритеты обозначены, оценки выставлены!

Однако, с приходом к власти императора Константина, идеологические "кладовые" потребовали инвентаризации, а канонические постановления пересмотра. Справедливости ради скажем, что сакрального "ядра" самой христианской религии, эти изменения не затронули. Была несколько смещена периферия и...не более того. Вообще Константину досталось сложная роль. Дело в том, что в его царствование, империю представляла ещё многочисленная партия язычников (достаточно мощная). Из православной публики мало кто знает, что когда святой Константин Великий, чувствуя сопротивление все еще грозной языческой партии Рима, принял решение о переносе Римской столицы на восток от Италии на берега Босфора (Восток в это время начинает определять ход большой истории), то здесь на месте маленького греческого городка Византия, он начал строить столицу будущей Византийской Империи. В новом Риме дело обстояло совершенно иначе: после торжественного освящения города в 330 г. император своим постановлением запретил совершать в городе какие-то бы ни было языческие обряды. Новой столице Константина суждено было сыграть грандиозную роль как во всей последующей истории Европы, так и самого христианства. А теперь самое интересное, святой Константин в знак торжества и начала новой христианской эпохи, поставил в Константинополе огромную колонну со статуей на ее вершине, соединявшей в себе изображения солнца: Спасителя и императора. Что же вполне закономерно и традиционно, для тогдашнего представления о божественности великого императора. Торс фигуры представлял Аполлон, голова принадлежала Константину, а над ней, в виде сияния, были прикреплены гвозди, которыми Христос был пригвожден к Кресту. По типу статуя Свободы в Штатах :) Они были найдены незадолго до этого матерью Константина, Еленою (первым библейским археологом) вместе с Крестом в  Иерусалиме. Зачем соединять несоединимое?!

В действительности получилось так, что та идея и модель которую заложил бл. Августин говорила, не только о церкви как фундаменте любого государственно-политического образования, но более...она проводила Рубикон между фискальными функциями и божественной благодатью. Нельзя соединить несоединимое. Кесарю ...кесарево! "Если при Августине ещё не было забыто, как Церковь подвергалась гонениям со стороны государственной власти, то вполне объяснимо, почему эта власть у мыслителя олицетворяла зло и почему Церковь и государство должны существовать в параллельных плоскостях, взаимодействуя лишь минимально. Настороженное и отчуждённое отношение Церкви к империи, хотя и ставшей при Феодосии Великом христианской, у блаж. Августина отразилось в принципиальном различии судеб светской и духовной властей" /Костогрызова Л.Ю./

Но, ни что не вечно под луной, и соединить ... несоединимое (во всяком случае теоретически) удалось имп. Юстиниану Великому. В Новой Римской империи был зафиксирован принцип непротиворечивого взаимодействия императорской и церковной власти, Церкви и государства – "симфония". Всем известно, что принцип "симфонии" властей утверждается Юстинианом Великим в его знаменитом Кодексе 534 года. Кстати говоря, именно при нем под властью Константинополя оказалось всё пространство прежней Римской империи. Итак, принцип симфонии заключается в том, что имперская (светская) и церковная власти находятся в состоянии согласия и сотрудничества, и по аналогии с Божественной и человеческой природой Христа "нераздельны и неслиянны". Церковь находится на юридической территории Империи и участвует в решении всех проблем, которые ставит перед нею Империя. Главная задача Церкви в отношении Империи – давать идеологическое (богословское) обоснование существования Империи. Церковь в Империи обладает монополией в идеологической сфере, а Империя призвана охранять Церковь от внешних религиозных и политических врагов и предоставлять Церкви возможности как для развития внутри, так и для миссии за пределами Империи. При этом империя не вмешивается в церковные дела.

Но как бы там ни было, идеологический посыл был дан. Концепция симфонии властей получила своё раскрытие в посланиях василевсов и патриархов, трудах богословов, законодательных актах. В обыденном сознании византийцев божественное и человеческое, душа и тело чётко разграничивались. Государство также рассматривалось как единый организм, в котором
есть и тело, и душа. "Так как государство наподобие человека состоит из частей и членов, то наиважнейшими и необходимейшими членами являются царь и патриарх; поэтому мир и благоденствие подданных зависят от единомыслия и согласия царской и патриаршей власти", – говорилось в "Исагоге", своде законов IX века. Именно равноправие, равная значимость, "неслитное" и "нераздельное" существование церковной и светской власти отличает концепцию симфонии властей, суть которой составляет обоюдное сотрудничество, взаимная поддержка и взаимная ответственность, без вторжения одной стороны в сферу исключительной компетенции другой.

Однако, слабость и уязвимость Юстиниановской концепции - очевидна! Дело в том, что симфония властей в Юстиниановском смысле, может иметь место быть только в одном случае... когда в единой империи одна Вера. А если империю наполняют представители разных религий, то что тогда? Духовная шизофрения или раздвоение, растроение и т.д. личности,а в итоге, и самого государства. А если ещё к этому добавляется сакральная идея "катехонического" сдерживания, то что тогда? Религиозная "война всех против всех"!? Для тех кто не знает, объясняю. Этот принцип говорит о том, что православная империя сдерживает вселенское Зло и падением которой (т.е. империи), инфернальные силы поглотят наш профанный мир. "Дело в том, что миссия этой Империи была не локальной, а вселенской – она была главным защитником вселенского Православия. Таким образом, удерживающая зло, Новая Римская Империя, это гарант максимального развития Православного Христианства и его миссии во всем мире, это геополитический проект по определению. Геополитическая экспансия Православной Империи является логическим продолжением миссионерской экспансии Православной Церкви, и наоборот – миссия Церкви многократного усиливается благодаря пониманию и поддержке имперской христианской власти. Нация Империи существует не для себя, а для исполнения своей вселенской миссии и становится таким образом новым, новозаветным избранным народом – Новым Израилем".

Стоит ли удивляться тому, что в Эпоху Реформации, когда внутрихристианский Западный мир был религиозно расколот, это привело к крупномасштабным религиозным войнам.Тридцатилетняя  война  (1618 – 1648), явила  пожалуй, первый  беспрецедентный  случай  колоссальной и  бесчеловечной  жестокости,  двигателем  которой  явился  религиозно-идеологический  фанатизм. А фанатизм, тем более «ради Истины и Христа», всегда страшен. Вот тогда по - настоящему начали взывать, а порой и  даже вопить  к разуму. Положение Европы к  концу  XVII в. по свидетельствам очевидцев  было  ужасным. Война прекратилась только вследствие того, что разоренное население Франции и бесчисленных  немецких  государств – карликов  стало  вымирать  от  голода.Тридцатилетняя  война убедила  всех и вся,  что  ни  протестантов, ни  католиков  полностью  победить  нельзя. Для этого нужно полностью истребить  представителей  другой  конфессии,  причем,  поскольку  они  будут  сопротивляться,  это  будет сделать  весьма непросто.  Поэтому  пошедшие на примирение стороны, решили  отбросить, идею фикс  Средневековья,  надежду создать  единство  веры. Это  резко увеличило личностную  свободу  и  число  людей, способных  и  могущих самостоятельно думать даже о  доктринальных вопросах веры, что явилось  началом размывания фундамента средневековой  религиозно-политической  мировоззренческой  мифологемы. Да, и  еще  усталость, явившаяся следствием религиозных войн, привела к  возрастанию  веротерпимости,  что  и  было  одним  из  источников  направления,  развившегося  впоследствии  в  либерализм  XVIII - XIX веков.  Различие между вероучениями  в  разных  странах  дало возможность избегать преследований, живя за  границей. Отвращение  к  религиозным войнам привело к тому, что внимание наиболее способных  и образованных  людей  все больше  привлекали светские знания, особенно математика  и  естественные  науки. Война сама по себе вещь ужасная, но более сатанинскую рожу истории нельзя себе представить, когда дети Божии уничтожают друг друга во Имя Бога Любви. "Сатана, – писал Лютер в одном из писем, – не перестаёт быть сатаною. Как во времена папства он обратил Церковь в государство, так и в наше время хочет государство обратить в церковь". Есть о чем задуматься :(

Не удивительно, что объективно-исторический путь развития привел к формуле: отделение церкви от государства. Таким образом, в политико-правовых теориях церковно-государственных отношений Церковь, начавшая существовать как независимый институт, проходит через этапы её над – и подгосударственности, вновь становясь самостоятельным институтом. В религиозном же плане исторически было показано,что зачастую, и это реальный факт, религии – это то, что разъединяет людей на духовно-глубинном уровне.



Tags: христианство
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments