iov75 (iov75) wrote in future_religion,
iov75
iov75
future_religion

Исламизация Великобритании: социально-политические последствия Ч I

В Великобритании, как и во многих странах Западной Европы, наблюдается опережающий рост мусульманского населения. Настал качественно новый период, когда количество иммигрантов-мусульман и их потомков существенно влияет на принимающее общество. Перед лицом нарастающих проблем Великобритания демонстрирует специфический подход к их решению: интеграционная политика государства допускает отступления от либерально-демократических основ общественно-политического устройства.



Мусульмане – самая быстрорастущая и самая молодая часть населения Великобритании, что подтверждает проходящая раз в десятилетие перепись населения. Сравнивая данные предпоследней (2001 г.) и последней (2011 г.) переписей, можно увидеть, что число мусульман за 10 лет выросло с 3 до 4,4% от всего населения, а в возрастной группе до 25 лет доля мусульман составила уже 10%.



Дополнительные подсчеты показали: с 2001 по 2009 г. численность мусульман возрастала на территории Соединенного королевства в 10 раз быстрее, чем представителей других религий. В абсолютном выражении число мусульман с 2001 по 2011 г. выросло более чем на 1 млн 200 тыс., из них почти 600 тыс. ‒ родившиеся на территории Британии дети. Около 100 тыс. человек в ходе переписи заявило, что являются конвертитами, принявшими ислам. В целом в стране на 2011 г. проживало примерно 2,78 млн мусульман.

Все это происходит на фоне установленного той же переписью сокращения числа христиан. В 2001 г. таковыми себя считали 72% населения страны, а в 2011 г. – лишь 59%. Более половины христиан на момент переписи 2011 г. были старше 50 лет, четверть – старше 65 лет. Из возрастной группы моложе 25 лет христианами себя называли менее 50%. Количество христиан, по мнению переписчиков, могло быть еще меньше, но на 2% компенсировалось иммиграцией из Польши и Нигерии.

Около половины мусульман Британии – безработные. Безработица среди расовых и этнических меньшинств, к которым относятся почти все мусульмане, обходится бюджету страны в колоссальную сумму – 8,6 млрд фунтов в год. Большая часть мусульман (свыше миллиона) проживает в Лондоне. Они ‒ самая материально неблагополучная категория лондонцев с наиболее высоким процентом безработных в возрасте от 16 до 64 лет. Среди сомалийцев не имеют работы 78% женщин и 56% мужчин; пакистанцев ‒ 70% женщин и 32% мужчин; турок ‒ 68% женщин и 35% мужчин; бангладешцев ‒ 74% женщин и 31% мужчин.

Помимо большого числа безработных, велика доля мусульман в тюремных учреждениях: если в населении страны они составляют сегодня около 5%, то в британских тюрьмах их уже 13%, а в лондонских – 27%.

Cоциальная уязвимость большинства мусульман (иностранное происхождение, низкая квалификация, безработный статус, многодетность и т.д.) негативно влияет на перспективы их социализации. К тому же установки религии ставят их в условия постоянного морального выбора возможности/невозможности пользоваться в немусульманской стране опциями национальной системы образования, здравоохранения, финансовой и судебной систем. Учитывая все эти обстоятельства, в течение последнего десятилетия британское государство и общество прилагают усилия к интеграции как самих мусульман, так и мусульманских институтов по двум направлениям:

1) рекрутирование мусульман во власть, изменение их периферийного социально-экономического положения, повышение статуса ислама;

2) адаптация финансовой, социальной, правовой, образовательной систем, трудовых отношений, а также учреждений торговли и общепита в государстве к специфическим мусульманским институтам.

Первое направление выразилось в «политике позитивных действий» (2006 г.) и «позитивной дискриминации» (2008 г.), когда парламентарии ввели для меньшинств квоты на государственной службе, особенно в армии, ключевых министерствах (иностранных дел, внутренних дел) и в полиции, а также приняли план повысить число представителей расовых и религиозных меньшинств (британские мусульмане относятся и к тем, и к другим) в государственных службах с 6 до 11%.

Наиболее успешно рекрутирование мусульман производится в полиции. Создана профессиональная ассоциация мусульман-полицейских, пропагандирующая среди приверженцев ислама престиж и возможности поступления на службу. На данный момент в Великобритании свыше 2 тыс. мусульман-полицейских, что уже превосходит 11% от общего числа полицейских на территории страны.

Менее результативно обстоит дело с привлечением мусульман в вооруженные силы. Как сообщили родственники одного такого погибшего в Афганистане военнослужащего ВС Британии, молодой человек, отправляясь с немусульманами в исламское государство, находился под прессингом общины, проповедников, множества знакомых и незнакомых людей, обвиняющих его в предательстве ислама, и это давление эксперты-мусульмане считают важнейшей причиной провала кампании. Несмотря на создание ассоциации мусульман-военнослужащих, на принятие на армейскую службу имамов, разъясняющих единоверцам, что нет противоречия между религией и гражданским долгом, лишь 600 мусульман служат в рядах ВС страны (0,5% от общего числа военнослужащих). Дополнительная причина отказа от выгодной по финансовым условиям службы – осуждение мусульманами любой военно-политической активности стран Запада на территории исламского мира. Это свидетельствует о конфликте между гражданской идентичностью и чувством принадлежности к всемирной общине мусульман – умме, бросающей вызов секуляризму, американскому глобализму и культурной вестернизации.

Что касается участия в законодательной власти, то, хотя прогресс заметен (в 1997 г. в парламенте страны был лишь 1 мусульманин, в 2010 г. в нижней палате их уже 8), мусульмане остаются недопредставленными: пропорционально своей доле в населении они должны иметь как минимум 24 депутатских места. По данным на 2014 г., в верхней палате парламента (Палате лордов) было 15 мусульман, а еще пятеро британских мусульман стали депутатами Европарламента.

Помимо парламентского представительства, заметные назначения были сделаны в ходе формирования правительства в 2010 г.: впервые в истории двое из мусульман-парламентариев стали министрами от Консервативной партии.

Статистика 2014 г. показывает, что мусульмане все активнее участвуют в местной политике. Так, на выборах местных советов в Англии в мае 2014 г. было зафиксировано 897 кандидатов-мусульман (как партийных, так и независимых). Большинство партийных кандидатов (354) являлись членами Лейбористской партии, на втором месте – кандидаты от Консервативной партии (256). Что касается результатов, то они разнятся от года к году: в 2014 г. 277 мусульман стали членами местных советов, что составило более 6,5% общего числа мест (несколько превышая долю мусульман в населении); в 2013 г. результат был гораздо скромнее – 1% мест, а в 2012 г. мусульмане получили 20% мест, четырехкратно превысив свою долю в населении страны. В 2014 г. женщины составили около 25% от общего числа новоизбранных мусульман-советников; абсолютное большинство победителей (227 из 277) – члены Лейбористской партии.

В некоторых случаях политики «от меньшинств» не рассматривают ценности своего конфессионального сообщества как единственно возможные для остального населения и голосуют как светские граждане. Так, в 2013 г. 5 из 8 мусульман в Палате общин проголосовали за легализацию гей-браков, однако с тех пор семья самого влиятельного из проголосовавших, министра юстиции «теневого кабинета» лейбористов Садик Хана, находится под охраной спецслужб из-за угроз радикалов и фундаменталистов. Имамы многих мечетей клеймят его как предателя и призывают молодежь наказывать таких отступников.

Есть и противоположные примеры, когда политики выражают интересы лишь своего сообщества, что также порой требует от них смелости – например, готовности рискнуть карьерой. Так, баронесса Саида Варси, первая женщина-мусульманка, ставшая в 2010 г. министром (без портфеля) в правительстве консерваторов, назвала царящую в обществе исламофобию главной причиной роста количества мусульман в британских тюрьмах. А в августе 2014 г. она ушла в отставку, заявив о неприемлемости британского политического курса на поддержку Израиля в ближневосточном конфликте. Ее поддержала Шабана Махмуд, депутат парламента от лейбористов, публично призывая сограждан к бойкоту израильских товаров, производимых на оккупированных территориях, несмотря на рекомендации соратников по партии «не расходиться с политической линией партии на поддержку Израиля».

Есть и проблема неоднозначной позиции мусульманских политиков и организаций по отношению к экстремистам и терактам, совершаемым мусульманами, в том числе и на территории Великобритании. Некоторые, публично осуждая акт террора, одновременно предоставляют нетерпимым проповедникам и экстремистским организациям «площадки» для выступлений, включая интернет-ресурсы или СМИ. Один из таких двуликих политиков с 2010 г. уже второй срок находится на посту мэра одного из самых «иммигрантских» района Лондона – Тауэр Хэмлет. Против связанного с экстремистами мэра идет расследование, а он угрожает властям масштабными исламистскими беспорядками. Шесть других мэров-мусульман, находившихся на должностях в разных городах в 2007 – 2014 гг., ни в чем подобном замечены не были.

Конфессиональный ракурс

В Великобритании у религиозных сообществ, в том числе и мусульман, есть статус общественно-полезных союзов, подразумевающий определенные финансовые льготы и выплаты из национального и местных бюджетов. В стране более 1000 имамов, 1650 мечетей и молельных домов. Если они оформляют регистрацию и получают официальный статус, это позволяет им прибегать к господдержке и взимать с верующих налоги на содержание мечети. Погребения по мусульманским правилам давно разрешены, для этого есть и специальные участки на общих кладбищах, и отдельные мусульманские кладбища. Разрешен и ритуальный забой скота согласно религиозным предписаниям. Ношение женского головного платка и закрывающей лицо чадры не встречает препятствий и широко распространено.

Для повышения статуса ислама элита демонстрирует не просто толерантность, но лояльность на самом высоком уровне. Королева Великобритании Елизавета II приказала выделить комнату для молитв служащих-мусульман в Виндзорском замке в период священного для них месяца Рамадан, после чего этому примеру последовали Букингемский дворец и другие государственные учреждения.

Душепопечение мусульман в тюрьмах и больницах осуществляется, как и у христиан, за счет государства. Правительство оплачивает деятельность 130 имамов в тюрьмах (на постоянной основе) и привлечение от 25 до 30 имамов в организации здравоохранения (на основе частичной занятости). Есть имамы и в армии ‒ как государственные служащие с окладом.

Социальная политика Великобритании на протяжении 13 лет правления Лейбористской партии (с 1997 по 2010 г.) заслужила высокую оценку многих политиков-мусульман. Она проводилась с акцентом на адресную помощь мусульманам как представителям особо нуждающейся группы и включала в себя многочисленные пособия, услуги, льготы и налоговые вычеты. Кроме того, лейбористами был запущен ряд экономических целевых программ, две из которых ‒ «Исламская помощь» (Islamic Relief) и «Мусульманская поддержка» (Muslim Aid) – вдобавок основываются на исламских принципах взаимопомощи и благотворительности, что позволяет участвовать в них блюстителям особенных предписаний ислама.

На местном уровне управляющие советы стараются обеспечить мусульманам-иммигрантам наилучшие условия, в том числе предоставляя семьям с детьми социальное жилье класса люкс c дорогостоящей мебелью и бытовой техникой (аренда которого у частных владельцев дорого обходится британскому налогоплательщику). Примечательно, что в таких роскошных условиях проживали и семьи всех одиозных проповедников нетерпимости, часть которых недавно получили наказание в виде лишения свободы, а часть высланы за границу. Их семьи при этом продолжают пользоваться социальной поддержкой британского государства, которое эти деятели призывали разрушить, реорганизовав его в теократическое средневековое общество. Радикалы деформируют эффект политики адресной социальной помощи мусульманам, интерпретируя ее как форму налога с «неверных», распространенную в мусульманских политиях прошлого. Жизнь на социальные пособия по безработице подобные проповедники расценивают как желательную форму существования, позволяющую посвящать освободившееся время борьбе с противниками веры.

Помимо такой квазирелигиозной трактовки радикалами социальной политики, есть и другие негативные последствия адресной помощи. Во-первых, отцам многодетных бедных семей более выгодным оказывается не работать. Во-вторых, «адресная» политика порождает ксенофобию ‒ тысячи африканцев и азиатов проникают в страну всеми способами именно ради получения сносных условий для жизни, возможных даже в статусе беженцев и нелегальных иммигрантов; при этом многим представителям меньшинств предлагают варианты по возможности лучшего жилья, недоступного большинству обычных британцев со скромными доходами. Рядовые британцы вдобавок и оплачивают привилегированные условия для иностранцев. Для безработных или низкооплачиваемых мусульман есть система налоговых льгот и пособий и набор услуг членам их семей (например, бесплатного питания детей в школе, бесплатных лекарств и медобслуживания), в получении которых они также зачастую получают преимущество перед британцами.

Наконец, такая система деформирует психологию мужчины в мусульманской семье. В исламе, как и в других авраамических религиях, иерархичность отношений полов связана именно с четко распределяемыми функциями. Мужчина в этой конструкции – добытчик, труженик, а жена и дети – сфера его ответственности. Предоставление социального жилья, нормальный (по сравнению с африканской или азиатской страной происхождения) уровень жизни на пособия снимает с мужчины львиную долю его обязанностей. Как худший вариант, жены и дети становятся источниками дохода такого экономически неактивного мужчины, который, пользуясь статусом главы семьи, изымает у них всю сумму выплат и может распределять ее по своему усмотрению. Дети видят пример неработающих отцов и матерей и воспринимают такой образ жизни как нормальное состояние.

Существенный ущерб перекосы политики «позитивной дискриминации» принесли остальным группам населения. Так, социально недопустимое поведение выходцев из меньшинств власти страны пытались интерпретировать как культурное своеобразие. Только в 2013‒2014 гг. стали достоянием общественности факты о многолетней (с 2001 по 2013 г.) безнаказанной деятельности в стране расистски настроенных банд педофилов, насильников и сутенеров ‒ представителей иммигрантских меньшинств, жертвами которых стали тысячи белых детей (доказанных жертв только одной банды – 2,5 тысячи). Это были годы лейбористского правления, принятия множества актов и инициатив в защиту меньшинств.


продолжение следует ...




Tags: Великобритания, ислам в современном мире
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments